Ссылки для упрощенного доступа

Игорь Сечин

Игорь Сечин

главный исполнительный директор компании "Роснефть"

О сотрудничестве с Венесуэлой: "Это страна с запасами углеводородов номер один в мире. И с этой точки зрения любая нефтегазовая компания должна стремиться работать в этой стране… И, как я неоднократно повторял, мы никогда оттуда не уйдем".

ДА, НО...
Есть и совсем другие оценки

Согласно наиболее известным оценкам, Венесуэла действительно опережает все остальные страны мира по объему "доказанных" запасов нефти (то есть учитывающих не только вероятность их наличия в недрах, но и экономическую эффективность добычи). Так, в недавнем (июнь 2017 года) выпуске одного из наиболее известных в нефтяной индустрии обзоров – BP Statistical Review of World Energy от британской нефтегазовой компании ВР – отмечается, что на долю Венесуэлы приходится 17,6% всех доказанных запасов нефти в мире. То есть больше, чем в Саудовской Аравии (15,6%) или Канаде (10%), и почти в три раза больше, чем в России (6,4%).

Есть, однако, и совершенно иные, но не менее авторитетные оценки. Например, аналитики норвежской консалтинговой компании Rystad Energy считают, что реально Венесуэла располагает нефтяными резервами в три с лишним раза меньшими (95 млрд баррелей), чем заявляют ее власти (301 млрд баррелей), и что они в разы уступают запасам таких стран, как США, Россия и Саудовская Аравия.

В итоге и инвестиции в нефтяную отрасль Венесуэлы резко сократились, и уровень квалификации кадров в ней снизился

Оценки компании ВР, поясняют аналитики профильного агентства S&P Platts, базируются на данных, предоставляемых национальными правительствами и потому зачастую основанных на "непрозрачных" оценочных стандартах. Например, и Венесуэла, и некоторые другие страны ОПЕК, вероятно, относят к таким резервам и ту нефть, наличие которой в недрах еще предстоит доказать, отмечает Rystad Energy. Тогда как Китай или Бразилия исходят из более консервативных оценок, относящихся лишь к месторождениям, разработка которых уже началась. Кроме того, добавляют в S&P Platts, поясняя столь значительный разброс оценок, если эксперты Rystad Energy учитывают запасы только нефти и газового конденсата в недрах той или иной страны, то в компании ВР – еще и запасы газоконденсатных жидкостей.

Factograph-Oil-Reserves-World

Впрочем, при любых оценках то, что Венесуэла располагает как минимум одними из крупнейших запасов углеводородов в мире, сомнению не подвергается. Тогда как текущие объемы добычи нефти в этой стране резко сократились. Ее пик (3,5 млн баррелей в день) пришелся на 1998 год – именно тогда к власти пришел президент Уго Чавес. Однако к 2005 году добыча нефти в Венесуэле сократилась до 2,7 млн баррелей в сутки. В мае 2017 года, по оценкам Международного энергетического агентства, она составила уже 2 млн баррелей в день, а по оценкам Platts еще меньше – 1,94 млн баррелей. То есть в целом нефтедобыча в стране за минувшие 19 лет сократилась на 43–45%.

Ее спад стал особенно заметным с середины 2000-х. В 2002–2003 годах в Венесуэле прошла всеобщая забастовка, в ходе которой Уго Чавес уволил почти 40% работников государственной нефтяной компании Petroleos de Venezuela, S.A. (PDVSA), заменив их другими, более лояльными к его правительству. А еще через четыре года, когда цены на нефть бодро росли, власти Венесуэлы потребовали от зарубежных нефтяных компаний согласиться лишь на миноритарное участие в проектах на территории страны. Некоторые (Total, Chevron, Statoil, BP) согласились, другие (ExxonMobil, ConocoPhillips) – нет, после чего их активы в стране были экспроприированы.

В итоге и инвестиции в нефтяную отрасль Венесуэлы резко сократились, и уровень квалификации кадров в ней снизился. Тогда как и то, и другое остро необходимо еще и потому, что основную часть нефтяных запасов Венесуэлы составляет так называемая "сверхтяжелая" нефть из нефтяных песков (подобных залежам в Канаде), требующая и больших затрат, и особых технологий. Их нехватка проявилась в сокращении добычи в стране даже тогда, когда нефть еще стоила более 100 долларов за баррель. А когда в 2014 году цены рухнули вдвое, этот спад резко ускорился – только в 2016 году добыча нефти в Венесуэле упала почти на 9%. Но именно нефть дает стране 95% всех ее экспортных доходов.

Ее пик (3,5 млн баррелей в день) пришелся на 1998 год – именно тогда к власти пришел президент Уго Чавес

Причем основной приток этой валюты идет из США, на долю которых приходится почти половина всего нефтяного экспорта Венесуэлы. Для самих же США эта страна – четвертый по объемам импорта зарубежный поставщик нефти после Канады, Саудовской Аравии и Мексики (данные – Минэнерго США за май-2017). На долю Венесуэлы ныне приходится почти 7,5% всего нефтяного импорта США. Введенные недавно американские санкции в отношении президента Венесуэлы не затронули пока ее нефтяную отрасль, хотя, по сообщениям американских СМИ, и такие санкции обсуждаются в Вашингтоне.

Остальной нефтяной экспорт приносит Венесуэле лишь незначительные доходы. Поставками на Кубу она расплачивается за оказание этой страной медицинских и некоторых других услуг. А поставки для Китая или России идут в счет погашения предоставленных ими ранее кредитов Венесуэле. Их объем со стороны Китая, по некоторым экспертным оценкам, может превышать 60 млрд долларов. В случае России только текущие кредиты от компании "Роснефть", как сообщил на днях ее представитель, составляют 6 млрд долларов. Здесь трудно не согласиться с г-ном Сечиным: от таких денег "не уходят"...

И еще о запасах нефти в мире. По оценкам компании ВР, к концу 1996 года они составляли 1,15 трлн баррелей, спустя 10 лет – уже 1,38 трлн, а к началу 2017 года – 1,71 трлн баррелей (или 240,7 млрд тонн), то есть за 20 лет они увеличились в 1,5 раза. Исходя из общемировой добычи в 2016 году (в среднем – 92,15 млн баррелей в сутки или 4,38 млрд тонн за год), таких запасов "хватит" миру примерно на 50–55 лет.

XS
SM
MD
LG