Ссылки для упрощенного доступа

Дмитрий Медведев

Дмитрий Медведев

председатель правительства России

"Уровень налоговой нагрузки у нас остается на протяжении четырех лет приблизительно один и тот же… и сопоставим с ключевыми странами Организации экономического сотрудничества [и развития], в общем и целом находится на среднем уровне"

ДА, НО…
Да, он даже чуть ниже среднего по ОЭСР, но - при несравнимой эффективности использования средств

Общее налоговое бремя в экономике России (как сумма всех налоговых платежей и социальных взносов по отношению к ВВП) составляет сегодня 31,6%, отмечал в марте этого года министр финансов Антон Силуанов. А в июле добавил, что "уровень налоговой нагрузки в России не должен меняться на протяжении шести лет".

За последние 10 лет налоговая нагрузка на экономику России как росла, так и сокращалась. Так, в 2007 году она составляла 36,5% ВВП, на пике кризиса в 2009-м – 30,9%, после чего вновь выросла – до 34,4% в 2014 году.

Текущий ее показатель в России даже ниже среднего для 35 стран ОЭСР и остается примерно на одном уровне с такими из них, как Канада, Израиль или Турция.

Factograph-Taх Burden

Вот только "почему-то" в текущей версии международного рейтинга конкурентоспособности экономик мира – Global Competitiveness Indeх 2016–2017 от Всемирного экономического форума (ВЭФ) – именно ставки налогов названы вторым по значимости среди 16 "наиболее проблематичных факторов для ведения бизнеса". Первым указывалась инфляция, которая с тех пор резко снизилась. Причем "удельный вес" фактора налогов почти на треть превышает "вес" следующего сразу за ним фактора коррупции и чуть ли не вдвое – фактора общего налогового регулирования.

Примечательно и то, что при общем 43-м месте в рейтинге ВЭФ среди 138 экономик мира место России по отдельным категориям, связанным с расходованием собираемых налогов, оказывается даже за пределами первой сотни.

Factograph-Taх Burden

Еще более неожиданным (при "официальном"-то уровне налоговой нагрузки ниже среднего по ОЭСР) оказывается место России в другом, "профильном" ежегодном рейтинге – Paying Taxes для 190 стран мира. Его уже 11 лет составляют эксперты Всемирного банка и международной аудиторской и консалтинговой компании PricewaterhouseCoopers. Данные именно этого рейтинга по каждой стране указываются в соответствующей части общего международного рейтинга Всемирного банка – Doing Business. Того самого, который напрямую упоминается в "майских" указах президента России от 2012 года. В одном из них цель определяется так: "Повышение позиции Российской Федерации в рейтинге Всемирного банка по условиям ведения бизнеса с 120-й в 2011 году до 50-й – в 2015 году и до 20-й – в 2018 году". В 2015 году страна получила 51-е место в этом рейтинге, в 2016-м – 40-е.

Вот почему в конце марта первый вице-премьер России Игорь Шувалов, говоря о разных составляющих этого рейтинга, грозно предупредил чиновников: "Имейте в виду, что с нас спросят. В этом году, когда объявят рейтинг, все, кто будут ниже позиции, которая будет в целом, будут отвечать, прямо серьезно отвечать". Всемирный банк представит рейтинг Doing Business-2017 в конце октября.

Так вот, согласно рейтингу Paying Taxes 2017, реальная налоговая нагрузка на бизнес в среднем по миру составляет в целом 40,6%. Расчеты основаны на законодательно установленных в каждой стране налоговых обязательствах некой условной компании с персоналом в 60 человек (для России это – малое предприятие), полностью принадлежащей частным национальным собственникам. Показатель для России – 47,4%. Это выше среднего уровня даже для стран Африки, а среди всех регионов мира выше, чем в России, – только в Южной Америке.

Factograph-Taх Burden

Обратим внимание, сколь велика в России, по сравнению с другими регионами мира, доля налогов на труд в общей структуре требуемых национальным законодательством от бизнеса налоговых платежей – 36,1% при среднемировой в 16,2%. А по сравнению с другими регионами мира она выше в 1,5–2,5 раза.

"Нигде нет такой нагрузки на фонд оплаты труда, который есть в России, – признал, выступая в январе этого года на Гайдаровском форуме в Москве, министр экономического развития Максим Орешкин. – Понятно, что многие просто не платят. И это – самая большая проблема, с которой нужно работать".

Речь идет прежде всего о страховых взносах (в целом – 30% фонда оплаты труда), которые работодатели обязаны перечислять за своих работников во внебюджетные фонды – пенсионный (22%), а также обязательного медицинского (5,1%) и социального (2,9%) страхования. По сравнению с ними, влияние подоходного налога на работников (НДФЛ) невелико, его базовая ставка в России с 2001 года остается единой и неизменной – 13%.

Высокие ставки страховых взносов считаются одной из главных причин существования масштабного "теневого" сектора в российской экономике. По только что представленным оценкам Центра социально-политического мониторинга РАНХиГС в "теневой" рынок труда в России в 2017 году так или иначе включены около 33 млн человек, или 44,8% всех занятых (в 2006 году – 45,1%, в 2013-м – 44,5%, в 2016-м – 40,3%). "Это те люди, которые в течение года или имели "неоформленную" работу, или получали зарплату "в конверте", – поясняют авторы исследования.

В правительстве обсуждаются планы заметного снижения общей ставки страховых взносов бизнеса (как вариант – до 22%) при одновременном повышении ставки налога на добавленную стоимость (с нынешних 18% до, не исключено, тех же 22%, что неизбежно повысит цены в стране), однако решение пока не принято.

Но формально председатель правительства прав: "официальная" налоговая нагрузка в России действительно на "среднем" международном уровне. Другое дело, как она изменится, если долю "теневого" сектора удастся сократить и общие налоговые поступления в казну увеличатся, – при тех же объемах ВВП?..

XS
SM
MD
LG